Народные новости ►
Новости других СМИ
Loading...
Loading...
ЗаписочкиДелимся мыслями, чувствами, настроением
texnar
13 580 6 00:35, 12 октября 2015

Француз неплохо жил почти без мозга

Один из главных мифов о человеческом мозге (за исключением того, что мы используем его возможности лишь на 10%)  –  гласит, что большой мозг всегда лучше маленького. А в медицинских записях хранятся удивительные истории, свидетельствующие не только о невероятной пластичности этого органа, но и о том, насколько мало он еще изучен.

Одна из таких историй была описана в журнале Lancet за 2007 год: 44-летний француз явился в больницу с жалобами на слабость в левой ноге, донимавшую его вторую неделю. Обследование показало, что у мужчины чрезвычайно расширены боковые, третий и четвертый желудочки, очень тонкий кортикальный слой и обнаружена киста задней черепной ямки. Другими словами, спинномозговая жидкость, которая в норме циркулирует по мозгу и выводится в кровеносную систему, заполнила почти весь череп, оставив лишь небольшую часть мозгового вещества.

Оказалось, еще в детстве мужчина страдал гидроцефалией – чрезмерным скоплением жидкости в головном мозге. Шунтирование, проведенное в возрасте шести месяцев, позволяло удалять лишнюю жидкость: и лишь в 14 лет шунт извлекли после жалоб пациента на слабость в левой ноге и общую неустойчивость.

С тех пор молодой человек жил обычной жизнью, женился и стал отцом двоих детей. К слову, IQ пациента составил 75 – этот показатель ниже среднего 100, но при этом не считается показателем развития интеллекта.

Комментировать6 Мне это интересно13
Последние комментарии (всего 6)Комментировать
Раскрыть все комментарии (всего 6)
  • Профиль пользователя ['NAME']
    12 октября 2015 в 02:14
    Мозг как голограмма

    Нельзя сказать, что мир -это полная иллюзия и объекты в нем отсутствуют; дело в другом: если вам удастся проникнуть в глубины вселенной и посмотреть на нее как на голографическую систему, вы придете к совершенно иной реальности той, которая поможет понять то, что до сих пор не находит объяснения в науке, а именно: паранормальные явления и синхронизмы - удивительные совпадения, имеющие внутреннюю связь. Карл Прибрам в интервью журналу "Psychology Today"

    Первой загадкой, с которой в начале 1940-х годов столкнулся Прибрам на пути формулирования голографической модели, была природа памяти - в частности, ее местонахождение. Тогда господствовало мнение, что хранилище памяти - головной мозг. Например, считалось, что память о том, когда вы в последний раз видели свою бабушку или нюхали цветы в саду, запечатлена в определенных клетках мозга. Такие следы памяти получили наименование энграмы, и хотя никто не мог толком сказать, что они такое - нейроны или, возможно, молекулы особого рода, большинство ученых было уверено, что со временем эти самые энграмы непременно обнаружат.
    Вначале молодой нейрохирург Прибрам принимал на веру Пенфилдову теорию энграм. Но затем произошло нечто, в корне изменившее его взгляды. В 1946 г. он начал работать с выдающимся нейропсихологом Карлом Лэшли из Йеркешской лаборатории высших приматов в Ориндж-Парк, штат Флорида. В распоряжении Прибрама оказался огромный опыт, накопленный Лэшли в течение тридцати лет исследований загадочного механизма памяти, и оказалось, что эксперименты Лэшли ставят под сомнение само существование энграм заодно со всеми выводами Пенфидда.
  • Профиль пользователя ['NAME']
    12 октября 2015 в 02:16
    Лэшли занимался тем, что обучал крыс выполнять серию задач - например, выискивать наперегонки кратчайший путь в лабиринте. Затем он удалял различные участки мозга крыс и заново подвергал их испытанию. Его целью было локализовать и удалить тот участок мозга, в котором хранилась память о способности бежать по лабиринту. К своему удивлению он обнаружил, что вне зависимости от того, какие участки мозга были удалены, память в целом нельзя было устранить. Обычно лишь была нарушена моторика крыс, так что они едва ковыляли по лабиринту, но даже при удалении значительной части мозга их память оставалась нетронутой.

    Для Прибрама это были исключительно важные открытия. Если бы память хранилась в определенных участках мозга, подобно тому как книги располагаются в определенных местах на полках, то почему хирургическое вмешательство не влияло на память? В понимании Прибрама единственным ответом могло быть то, что конкретная память не локализуется в определенных участках мозга, а каким-то образом распределена по всему мозгу, как единое целое. Проблема состояла в том, что Прибрам не знал, какой механизм или процесс может дать удовлетворительное обоснование этой гипотезе.
  • Профиль пользователя ['NAME']
    12 октября 2015 в 02:17
    Еще более обескуражен экспериментами был сам Лэшли. Позже он писал: "Когда я пытался выявить локализацию памяти, мне порой начинало казаться, что в принципе невозможно вообще никакое обучение. И однако, несмотря на отрицательные результаты эксперимента, оно происходит".

    В Иейльском университете Прибрам продолжал обдумывать свою гипотезу о том, что память, судя по всему, распределена в мозговой ткани, и чем больше он думал, тем более гипотеза казалась убедительной. Все пациенты, у которых мозг был частично удален по медицинским показаниям, никогда не жаловались на потерю конкретной памяти. Удаление значительной части мозга может привести к тому, что память пациента станет расплывчатой, но никто еще не терял после операции избирательную, так называемую селективную память. Например, люди, получившие травму головы в автомобильных катастрофах, всегда помнили всех членов своей семьи или прочитанный ранее роман. Даже удаление височных долей -той области мозга, которую Пенфидд подверг особенно пристальному изучению, - не приводило к каким-либо провалам в памяти пациента.
  • Профиль пользователя ['NAME']
    12 октября 2015 в 02:18
    Идеи Прибрама получили дальнейшее подтверждение в экспериментах, проведенных им самим и другими исследователями на пациентах, не относящихся к эпилептикам. В результате этих экспериментов не удалось подтвердить выводы Пенфидда об избирательной стимуляции памяти. Сам Пенфилд не смог повторить свои результаты на пациентах, не страдающих эпилепсией.

    Несмотря на все большую для Прибрама очевидность распределенного характера памяти, он пока еще не мог понять, как мозгу удается справляться с этой поистине магической задачей. И вот в середине 1960-х годов Прибрам прочел в журнале "Scientific American" статью, где описывались первые опыты построения голограммы. Статья поразила его как гром среди бела дня. Открытие принципа голограммы не только было революционным само по себе: оно сулило решение той головоломки, с которой Прибрам столько лет безуспешно боролся…он понял, что память как одна из центральных функций мозга имеет распределенный, а не локализованный характер. Если каждый кусочек голографической пленки может содержать информацию, по которой создается целое изображение, то совершенно аналогично каждая часть мозга может содержать информацию, восстанавливающую память как целое.
  • Профиль пользователя ['NAME']
    12 октября 2015 в 02:18
    Bpн-кa сегодня в 01:40

    жесть,ничо не поняла

    тебе и не надо, не напрягайся)
Раскрыть все комментарии (всего 6)
Оставить комментарий
Ознакомиться с Правилами общения на портале «МОЁ! Online»
ПОСЛЕДНИЕ СООБЩЕНИЯ (Я — репортер)
ЕЩЁ